Умер в больнице. Диагноз – неквалифицированная медицинская помощь

Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый гражданин имеет право на охрану здоровья и квалифицированную медицинскую помощь. Но всегда ли  помощь больным бывает именно квалифицированной?

День 21 марта 2012 года не предвещал семье П. ничего плохого. Однако к вечеру отец семейства, 48-летний С., внезапно пожаловавшись на резкое ухудшение самочувствия, потерял сознание. Супруга вызвала бригаду скорой помощи, которая доставила его в Бугурусланскую центральную районную больницу.  

Дежурный врач осмотрел пациента, поставил предварительный диагноз и больной был направлен в реанимационное отделение. Но вечером следующего дня П. почему-то перевели в травматологическое отделение, состояние  оставалось тяжелым, мучили сильные головные боли и высокая температура. 26 марта 2012 года жене стало известно, что П. лечат от шейного остеохондроза. Женщину это крайне удивило, она обратилась к лечащему врачу, который пояснил, что поводов для беспокойства нет, больной принимает все необходимые препараты. Врач сказал, что точный диагноз П. не поставлен, необходимо ультразвуковое исследование внутренних органов. На просьбу жены остаться в больнице ухаживать за мужем ночью, врач ответил отказом, сославшись на то, что П. вполне может ухаживать за собой самостоятельно. 29 марта 2012 года жене П. позвонила знакомая и сообщила, что муж находится в палате без сознания, медперсонала рядом нет. П. в состоянии комы срочно перевели в реанимационное отделение, где он находился до 05 апреля 2012 года, когда, на приходя в сознание, скончался.

Согласно протоколу патологоанатомического исследования, причиной смерти П.  стал диагноз, предварительно верно выставленный дежурным врачом.

По поручению страховой компании проведена проверка качества оказания медицинской помощи. По ее результатам выяснилось, что  при лечении были допущены грубые нарушения приказов Минздравсоцразвития РФ. По мнению экспертов, данный случай убеждает в отсутствии организации медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения в Бугурусланской районной больнице. При проведении внеплановой документальной проверки Бугурусланской «ЦРБ»  выявлены нарушения приказов Минздравсоцразвития РФ «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с инсультом» и «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения».

30 августа 2012 года состоялось заседание лечебно-контрольной комиссии Министерства здравоохранения Оренбургской области по разбору случая качества оказания медицинской помощи умершему П.  Установлено, что в лечебном учреждении больные неврологического профиля врачом-неврологом не осматриваются. У врачей имелась возможность перевести больного в специализированное отделение другой больницы, однако почему-то сделано этого не было. Лечащий врач П. фактически  назначен не был, а врач-нейрохирург, который вел лечение, сертификата невролога не имел, и фактически  помощь оказывалась не квалифицированным специалистом. По результатам заседания главному врачу Бугурусланской районной больницы рекомендовано принять меры дисциплинарного воздействия к заместителю по медицинской части и лечащему врачу, организовать соответствующую стандартам этапность и преемственность в работе дежурного медицинского персонала, надлежащим образом организовать работу врача-невролога.

Супруга П. обратилась в Бугурусланский районный суд с иском к МУЗ «Бугурусланская ЦРБ». Истица просила суд взыскать с ответчика в ее пользу и в пользу двух несовершеннолетних детей (до достижения детьми возраста 18 лет) по 4,047,41 рублей ежемесячно, в счет возмещения вреда, причиненного смертью кормильца,  и компенсировать моральный вред, причиненный действиями лечебного учреждения — 300000 рублей в ее пользу, в пользу каждого из несовершеннолетних детей по 400000 рублей.

В судебном заседании женщина рассказала, что после смерти мужа она осталась одна с двумя детьми, младшему сыну всего четыре года. Она лишена средств к существованию, так как умерший супруг был единственным кормильцем в семье.

Представитель Бугурусланской районной больницы признал, что смерть П. явилась следствием оказания неквалифицированной медицинской помощи, но не согласился с размером компенсации морального вреда, заявленного истцом, считая суммы завышенными. Общая сумма в 100 000 рублей  в счет компенсации морального вреда, по мнению представителя ответчика, — это достаточная сумма возмещения причинённых нравственных страданий.

Решением Бугурусланского районного суда Бугурусланская «ЦРБ» обязана ежемесячно выплачивать женщине 4,047,41 рублей до достижения младшим сыном 14-летнего возраста. Такую же сумму больница обязана выплачивать  каждому из сыновей до достижения ими совершеннолетия. Кроме того, суд взыскал с ответчика в пользу истца 300000 рублей в качестве компенсации морального вреда, определив женщине и детям по 100000 рублей.

С решением в части размера компенсации морального вреда П. не согласилась и обжаловала его в апелляционной инстанции областного суда.

Судебная коллегия по гражданским делам, рассмотрев жалобу и оценив морально-нравственные страдания членов семьи  умершего, увеличила размер компенсации морального вреда до 700000 рублей, из которых супруге причитаются 200000 рублей, сыновьям по 250 000 рублей. Судебной коллегией учтено, что смерть трудоспособного гражданина наступила в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи на протяжении длительного времени, когда медицинские работники должны были и могли принять все необходимые меры к недопущению летального исхода в лечении. 

На вопрос судебной коллегии представитель ответчика не смог пояснить, какие меры приняты администрацией лечебного учреждения в отношении медицинских работников, допустивших халатное отношение к исполнению своих обязанностей, которые привели к смерти человека.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.