Загадка из прошлого. Оренбургские журналисты отыскали дочь австрийского военнопленного

На кладбище села Токское в Красногвардейском районе Оренбургской области было найдено необычное захоронение. Но так как ему, по всей видимости, уже больше века, очевидцев тех событий не найти. Были высказаны предположения, что в этом месте похоронены пленные времён Первой мировой войны.

Глава Токского сельсовета Александр Лошманов уверяет, что жители села хотят увековечить память тех, кто покоится в этих загадочных могилах (а их около десяти). Есть желание огородить место и установить памятный знак. Но чьи имена указать на нём?.. То, что их нам не найти, было ясно изначально. Однако очень захотелось получить достоверные подтверждения, что именно пленные австро-венгерской империи упокоены здесь. И мы взялись за поиски. А к чему они приведут, даже и не предполагали.

Что хранят архивы?

Поскольку и рассказы людей, передающих воспоминания своих дедов, и некоторые факты указывают на период Первой мировой войны, мы начали с того, что обратились в архивы. В районном и областном ничего нужного не оказалось. Поскольку в тот период территориально наш район относится к Самарской губернии, мы позвонили в филиал центрального архива министерства обороны Российской Федерации по военному округу города Самары. Нам ответили, что данных о периоде Первой мировой у них нет и посоветовали попытать счастья в архиве центральном.

Звонок в Москву дал только один результат: нам рекомендовали за подобной информацией обратиться в Российский государственный военно-исторический архив в Москве. Архивариусы этого учреждения готовы были принять наш запрос, однако предупредили, что данных об искомом периоде сохранилось ничтожно мало. Мы готовы были собирать историю по крупинкам, поэтому запрос отправили. Ответ содержал общую информацию о заинтересовавшем нас временном отрезке. Тем не менее данные эти были крайне интересны.

Первая мировая война привела в движение миллионы людей. На полях сражений столкнулись массовые регулярные армии, что привело к резкому увеличению по сравнению с прежними войнами числа военнопленных с обеих сторон. К 1 марта 1916 года общее количество немецких и австрийских военнопленных в России, по официальным данным Российского государственного военно-исторического архива, составило 1 миллион 19 тысяч 473 человека, из них на работах, в том числе в промышленности и сельском хозяйстве, находились около 600 тысяч человек, в лагерях – более 400 тысяч. Всего в России за время её участия в Первой мировой войне оказались более 2 миллионов военнопленных. Примерно полтора миллиона из них составляли солдаты и офицеры австро-венгерской армии. В архивной информации указано, что пленных немцев, австрийцев и венгров отправляли, как правило, подальше от центра – обычно за Урал, в том числе и в наши места.

Следует отметить, что условия содержания пленных для того времени были терпимыми. Так, в октябре 1914 года российский император Николай II утвердил «Положение о военнопленных», где говорилось о том, что с пленными «как законными защитниками своего отечества надлежит обращаться человеколюбиво». Труд военнопленных широко использовался в народном хозяйстве по всей стране.

И тем не менее при первой возможности пленные бежали. Беглецами являлись, как правило, немцы и австрийцы. Бежали не из-за каких-либо притеснений, а из-за тяжёлых условий работы, плохого климата. И если в строительстве крупных объектов, таких как мурманская железная дорога, обеспечивалась хоть какая-то охрана, поскольку жили они централизованно, то в сёлах нашего района пленных просто распределяли по квартирам.

Александр Лошманов делится воспоминаниями:

– Дед мне рассказывал, что австрийцы, как их называли в наших сёлах, периодически ходили отмечаться в село Староюлдашево – видимо, там был какой-то штаб. Ещё дед вспоминал, что тяжело им тут пришлось, как, впрочем, и нашим землякам на чужбине в те времена. Он говорил, что из-за отсутствия обуви австрийцы мастерили по размеру ноги подобие подошв из дерева, приматывали их тряпьём к ногам, чтобы хоть как-то согреваться холодными зимами.

В информации, присланной из архива, говорится о том, что Февральскую революцию в России приветствовало большинство военнопленных. Охрана была ослаблена, и пленные получили возможность относительно свободного выхода из мест содержания. Многие красногвардейцы говорят о том, что именно с наступлением 1917 года пленные, пережившие зимы в наших краях, уезжали на родину.

Их потомки на нашей земле

В разных местах собирая информацию о жизни пленных в наших краях, мы и не предполагали, что судьба подарит нам возможность поговорить с человеком, лично знакомым с ними: стало известно, что ещё жива дочь одного из тех австрийцев! Надежда Вольнова родилась в 1924 году в посёлке Коммуна Красногвардейского района. Сегодня женщина живёт в Самаре, ей 94 года. Не сразу, но всё же мы нашли её контакты и пообщались с ней по телефону.

– Я очень хорошо помню своего отца, Имрэ Имровича Деткова, – рассказывает Надежда Имаровна. – Он был военнопленным австро-венгерской армии. По национальности был мадьяром – венгром.

Вольнова не знает, как он попал в наши края, да только здесь он и остался. Женился, родилась дочь. По её воспоминаниям, он был добрым и работящим человеком. Был животноводом в образованных тогда колхозах.

– Мне было пятнадцать лет, когда он умер от болезни, – вспоминает Надежда Имаровна. – Знаю, что покоится он на кладбище села Богомазово (сегодня – село Токское). Хоронили его в стороне, там был ещё ряд могил таких же пленных, умерших в наших краях. Я тогда спросила маму, почему папу хоронят не рядом с могилами сельчан, а она ответила, что он другого вероисповедания, вместе не положено.

Моя собеседница уверена, что отца её сельчане уважали и любили. А вот сколько ещё пленных проживало тогда в посёлке, не помнит. Жаль, что в семье не сохранилось ни одной фотографии Имрэ Деткова, да и портрет Надежды Имаровны нам получить не удалось. Но те сведения, которыми она с нами поделилась, поистине бесценны.

Оксана Церт, газета «Красногвардеец»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите слово или словосочетание и нажмите Ctrl+Enter.